Rambler's Top100
Просмотреть марку >>
О нас
Учителя и авторитеты
Они просто сделали это
Статьи по разделам
Приятное с полезным
События. Фотоальбом.
Книги и полезные ссылки
Гостевая книга
Обратная связь
Партнеры журнала
Карта сайта
Поиск

TOP



Менеджмент роста и педология

Материал связан со страницами

Интервью Елены Маркушиной с Валентиной Андреевной Биличенко – основателем и бессменным директором музея «Анна Ахматова. Серебряный век». Санкт-Петербург, 19.05.2009

В.Б. – Биличенко Валентина Андреевна, М.С. - Снытко Мария Ивановна, Е.М. - Елена Маркушина.

Елена Маркушина 

Е.М. Откуда мой интерес к педологии? Он, вероятно, не очень понятен, ведь мы не педагоги, не психологи. Занимаясь развитием организаций, иногда выходишь на очень знакомые вещи. Если наука о взрослении организаций относительно молодая, то науке о взрослении ребенка в этом году исполняется 120 лет (если от Холла считать). Организации – живые системы. Неудивительно, что так велик соблазн провести аналогии. Но они сами по себе еще не повод, чтобы разыскивать последователей педологов первой волны. У меня есть совершенно конкретные вопросы и обстоятельства, которые «док'апали», что называется, вынудили искать экспертов или людей, глубоко в педологию погруженных. Вопросов, собственно, два.

Как известно, системы развиваются через определение и преодоление противоречий. Новое появляется на стыке дисциплин. Педология – наука комплексная. Педолог – это не чистый психолог, чистый педагог или антрополог – это специалист иного уровня, сформированный на стыке этих компонент. Что стало причиной уничтожения педологии  в 30-х годах? Советской России нужны были технологии формирования не просто нового, а особого человека. И вдруг отрицание педологии. Это же не генетика… В чем состояла слабость подходов в педологической практике, что способствовала ее уничтожению? Это первый вопрос.

А второй – каким инструментом диагностики, оценки, и т.п. ребенка пользовались педологи? Может, мне удастся найти в педологии еще что-то, что стоит применить в менеджменте. У нас ведь без инструментов нельзя, и, кстати говоря, есть очень эффективные инструменты диагностики взрослого человека. Причем это не психологические инструменты. Они легко даются и в прямом и в переносном смысле. Тут, наверное, уместна оговорка, что развивающиеся взрослые и растущие дети – не одно и то же. Верно. Только я говорю об инструментах диагностики врожденных качеств: наклонностей, социальной миссии, характера.

Приехать к Вам меня вынудили два обстоятельства. Во-первых, потеряли всякие приличные рамки цитирование и восторги менеджеров по поводу теории самообучающейся организации Питера Сенге. Как будто не было ничего до него, и вот он придумал. Некоторых отрезвляет чтение простых текстов Сорока-Росинского, но не всех.

И второе… Одна моя знакомая (экономист) вступила в группу по линии Красного Креста и теперь как волонтер регулярно участвует в мероприятиях с воспитанниками детских домов Питера. Я спрашиваю, почему не старики. Какое детство и молодость были у наших дедов, и какие времена сейчас. Ну, что-то там невнятное отвечает. Потом спрашиваю, «нет ли у вас домашних животных»? Говорит, что нет. Отчего собаку не заведете? Что вы, это, мол, такая ответственность, никак не могу. То есть, собаку завести – это ответственность, а прогулки в детский дом – никакой ответственности. Ни подготовки никакой не нужно, представлений, как дети это все переживают. И видится мне во всем в этом такое, знаете, лукавство, где детдомовские дети как экзотические зверушки, с которыми время от времени можно поиграть и потерзать собственную потребность в сострадании. Нет у этих детей того, что у других было – мама с папой, вот вам и повод для ложной жалости. О детях, что живут с мамами и папами пьющими и бьющими, думать не надо – не тот случай, понимаете? И сообразить немного, что раз уж ты пошел к ребенку, то, может, ты имеешь шанс что-то ему дать такое, что ему пригодится в последующей жизни. Она – эта моя знакомая – о ШКИДе знает из фильма с Юрским, но ей в голову не приходит хоть немного покопаться в педологии.

Поэтому, когда я увидела Вас в фильме Льва Лурье, твердо решила, что свои вопросы о педологии задам именно вам.

В. Б.Я занялась педологией не из-за Сорока-Росинского, а из-за глубочайшего уважения к Пантелееву, его пути и труду. И я имею в виду не только написанную им в соавторстве  «Республику ШКИД». Для меня Пантелеев – это не писатель еще прежде всего, а еще и удивительный учитель нравственности. Есть расхожая фраза, что если бы он не написал ничего, кроме «Честного слова», он бы был уже педагогом, учителем, писателем в третьем поколении этих удивительных слов. Потому что подобного никто не написал. Никто из детских писателей не написал «Силу слова». А это важно. Мы можем совершать поступки, не отвечая за них, мы можем принимать решения, не отвечая за них. А вот что же такое слово?..

Во-первых, Пантелеев был верующим человеком. Это, прежде всего. Поэтому Слово было для него очень важно. А у нас получилось так, что сначала слово, а потом слова, слова, слова… Вы помните купеческий ряд старой России? Купеческое слово крепче печати. Если человек не выполнял слова, то с ним переставали общаться.

Е.М, От старообрядцев пошло.

В.Б. Да-да… Человек, который в конце жизни написал «Верую»… Это чудо - откровение человека, который прошел внутри себя путь совести с того дня, как он украл эти продовольственные карточки и до той точки покаяния, к которой может прийти человек глубоко порядочный, но сначала вынужденный взять чужое, чтобы не умереть. А ведь очищенная совесть была у весьма малого числа людей.

Е.М. Я от родителей-педагогов не слышала никаких имен, потому что не спрашивала. Я просто решила, что учителем никогда не буду… Но я помню книги на полках в нашей библиотеке: Сухомлинский, Макаренко. Потом мне пришлось, конечно, почитать из истории педагогики кое-что, но… вероятно просто так получилось, что не наткнулась я на искомую информацию, ну вот не наткнулась ни разу на опыт ученика Макаренко, связанный с подобным очищением, покаянием, глубокой внутренней работой.

В.Б. Оттого Макаренко и сказал, что Сорока-Росинский – это антипедагогика…. Время такое было. Нужны были только Лысенко (дело генетиков, прим. Е.М.) или только Макаренко. Интеллектуальная сущность каждого человека не рассматривалась как основа.

Е.М. Труд сделал из обезьяны человека и должен был сделать советского человека?

В.Б. Ведь вы посмотрите, что у Макаренко было. Все в белых рубашках, косили, сеяли, жали и разводили свиней. Это было хорошо. Но что дальше этого?.. Посмотрите, как подбирал своих педагогов Сорока-Росинский, и кто был педагогами у Макаренко. Вот  составить списочек направо и налево. И вы увидите, что для Сорока-Росинского важен был именно интеллект. Вы помните, как он расстался с тем «не женитесь на курсистках»?

Я переступила порог школы в качестве учителя в 16,5 лет и сразу почувствовала, что в ней нет того, что можно назвать служением. Но я работала так, как считала нужным. Наш директор школы на одном из педсоветов одним свои замечанием в мой адрес испортила мне карьеру. Перед заслуженными учителями во всеуслышание она заявила: «Вот, учитесь у нее, как надо работать». Но я после этого еще 17 лет проработала там и делала это именно так, как Сорока-Росинский.

Наши занятия особенно оформлялись. Если сегодня Блок, то почему не взять с собой розу? Но мне мои коллеги вслед шипели: «О, пошла, Блока толкать». Или почему не надеть какую-то кружевную кофточку, когда мы говорим, например, о Пушкине. Все это было очень важно. И тогда ребята говорили: «Наша пошла». Учителя не должны быть похожи друг на друга. Недаром Сорока-Росинский формировал коллектив равно красивых, равно обыкновенных, равно мужчин и рано женщин.

Педагогический коллектив исключительно женским быть не может, женщина должна видеть перед собой какого-то мужчину, перед которым она должна себя держать. А сейчас? Человек должен понимать, что он пришел в ту среду, где он не может быть некрасивым.

Я сказала как-то в одном интервью для телевидения, что учитель от зарплаты не зависит. Только я хочу, чтобы меня поняли правильно. Я хочу, чтобы учитель получал очень хорошую зарплату, и не против того, чтобы он получал много, но деньги для человека этой профессии не должны быть мотивом. Сколько ты ему ни плати, он будет отдавать ровно столько, сколько способен отдать. А отсутствие денег – это отговорка для нищих… духом, прежде всего. Вся борьба за справедливую оплату труда должна происходить вне учебных классов и никоим образом не обнаруживать себя в отношениях ученик-учитель.

То, что произошло с нашей школой за последнее время, вызывает и боль, и огромное сожаление от того, что педагоги не оказались той реальной силой, которая должна была предотвратить проникновения в нашу школу всего того, что мы так много видим вокруг. У нас слово «Родина» теперь не употребляется, говорят «страна». Кому пришло в голову сделать из Павлика Морозова подонка?

Давайте вспомним. Бог сказал Аврааму: «Если ты меня любишь, так как ты говоришь, отдай мне своего любимого сына, принеси его в жертву». Бог не взял этой жертвы, но он видел и понял, что Авраам предан ему, он искренен в своей вере.

Павлик Морозов верил, верил искренне в то, что ему говорили взрослые. Он любил свою семью и вовсе не был настроен против нее. Он от полноты детского сердца и веры в идеалы и в красное знамя сказал кому-то из взрослых то, что считал важным. Но почему-то никто и никогда не рассказывает людям, что историю Павлика Морозова сделали взрослые. Никто не говорил о них. Это же они потом в порыве ли слепой мести или чего другого в роще Павлика и его брата закопали. Это взрослые так отомстили. Почему-то об этом не говорят.

И таких переписанных историй было много, и они прирастали числом, и вряд ли можно считать удивительным то, что когда пришел час всем советским и русским педагогам встать на защиту отечественной школы, вставать было некому. Большинство уже интересовалось, какие у кого родители, на какой машине забирают ребенка из школы. И кроме этого язык, великий русский язык, Слово, которое во главе всего, стало из школы уходить. А на его место пришло что-то невообразимое. А с улиц, дворов и подворотен оно просочилось в школу, потом учителя стали себе позволять заигрывать с детьми «на понятном им языке», и мы не успели оглянуться, как с экрана телевизора с нами стали разговаривать не по-русски. Я не знаю, кто за всем этим стоит и кому это выгодно, но этот кто-то либо не понимает значение и силу русского слова, либо…

Е.М. Подпишусь под каждым словом. Но боюсь, что на этом месте разговора мы с Вами останемся вдвоем. Читатель – менеджер –  для которого я это делаю, читать бросил абзацев несколько назад. Потому что они сами выучились и детей выучили, и им, по большому счету, на проблемы средней школы наплевать. Они понять хотят, с чего бы это вдруг их внимание хотят привлечь к такой странной, забытой и непонятной гуманитарной науке, как педология.

В.Б. Хорошо. Давайте вернемся. Итак, о Слове я уже сказала. Теперь, чтобы Вы понимали, что у педологии были и есть совершенно конкретные рецепты, я скажу так… Если есть коллектив ребят, который так сходу не взять, к ним нужно идти с настоящим, глубоким содержанием и искренним сердцем. Некоторым таким трудно поддающимся и неверующим говорю: «Вы что еще не поняли, что я не халтурю?».

У нас, когда целые классы приводят в музей на занятие, некоторые учителя не заходят в зал. Потом спрашивают: «Что вы сделали с нашими детьми?». Они выходят притихшие, немного смурные, не толкаются и не болтают. Потому что в череде сплошной фальши, откровенной лжи, стрелялок и прочего им встретилось нечто настоящее. И они это почувствовали. В педологии, а для меня в педагогике, не может быть иного преподавания и иного общения с детьми, так только всерьез. Я убеждена, что с маленьким человеком не просто не надо сюсюкать, упрощать или заигрывать, с ним надо быть еще более серьезным, еще более содержательным, еще более самоотверженным. Тогда ребенок услышит и пойдет за тобой.

Е.М. У Сорока-Росинского я вычитала градацию педагогов на типы. Вы себя к какому из них относите?

В.Б. Я не знаю. Не знаю…

Е.М. У Вас более экспериментальная педагогика или академическая, классическая?

В.Б. Экспериментальная, безусловно, но вместе с классикой. Я, например, никогда уроков не давала по плану. Для комиссии я, естественно, писала план, но дальше бумажки дело не шло, так как все классы разные, и одно и то же нужно было давать совершенно по-разному.

Е.М. Меня все-таки интересует, что же погубило педологию? В аннотации к одной книге я тут прочла и хочу узнать Ваше мнение.

Критика характерного для П. игнорирования собственной деятельности школьников и ведущей роли воспитания и обучения в развитии ребёнка получила завершение в постановлении ЦК ВКП (б) от 4 июля 1936 "О педологических извращениях в системе наркомпросов". Резкие и по большей части справедливые критические выступления советских педагогов против П. со ссылкой на это постановление нередко сопровождались отрицанием всего положительного, что было сделано советскими учёными (П. П. Блонским, Л. С. Выготским и др.), так или иначе связанными с П. и действительно допускавшими серьёзные ошибки, но вместе с тем творчески развивавшими педагогику и психологию.

Я не думаю, что все дело в Макаренко и в Академическом деле, за компанию с которым педологию подвели в ноль.

В.Б. Да, конечно, был еще и Сухомлинский, и Ильин…

С.М. Уничтожение педологи произошло в общеполитическом ключе. Посмотрите, Союз Писателей был создан в 34 году, в 32-м Союз Композиторов. Тогда все ставилось на совершенно определенные ровные рельсы, и это коснулось всех сфер культурной жизни. Всех стригли под одну гребенку, выделяться или высовываться, как угодно, было уже аполитично. А педология делалась личностями, не похожими ни на кого людьми.

В.Б. А я вот не считаю, что это общее направление было плохим. Школе нужна какая-то организация. Какая-то сдерживающая сила против разноса. «Союз» - очень хорошее, емкое слово. Но что стало с союзами? Союз композиторов развалился, союза писателей не слышно. Вы вспомните, что было раньше! Перед первым сентября все писатели были расписаны по школам. Они приходили в классы и говорили прекрасные вещи. Вы попробуйте сегодня это сделать. Попробуйте! Потому что ушло то общее направление и в жизни, и в политике, и в образовании. Так что мы стали страной всеобщего обмана.

Мы обманываем друг друга, и это вранье о какой-то там свободе… Свобода – это вещь удивительная, но она должна идти после интеллекта. А мы сначала загубили интеллектуальную сущность воспитания, а потом сказали людям, что это свобода. И получился шабаш. Поэтому я думаю, что в работе с детьми должна быть интеллектуальная мощь, призванная ошеломлять их каждый день. Тогда они и будут ходить в школу не для того, чтобы получить диплом о среднем образовании, а для того, чтобы стать кем-то.

Е.М. Помню, меня у Сорока-Росинского это поразило. Они искали с детьми мотив, смысл своей совместной работы (в бизнесе это называется миссией компании). Каким-то непостижимым для меня образом Виктору Николаевичу удалось донести до своих ребят, что такое стать человеком. Его дети учились сознательно для того, чтобы выбиться в люди. Он в своем сочинении «О школе имени Достоевского» сравнивает эту отправную точку в работе педагога с той, что была выбрана Макаренко. Невероятно интересно. В бизнесе, когда компания ставит своей целью достичь лидерства на рынке – это у нее означает «стать кем-то». И для того, чтобы стать большими, крутыми и т.д. надо, вы не поверите что… Продавать больше надо, показывать большую прибыль на акцию и т.д. Только я не помню, чтобы у кого-нибудь получилось стать хотя бы приличным средним ларьком без культуры, проникновения интеллекта в управление, без Правды и без того, что у вас называется «Словом», а в бизнесе «передаваемой точкой зрения». А со свободой в бизнесе вообще засада, так как это уже стратегическая категория. И она не бывает сама по себе. Она всегда с каким-то словом. Свобода чего или свобода от чего.

В.Б. Так вот даже если говорить о свободе выбора, то и тут, как мы заметим, интеллектуальное должно быть впереди, так как свой выбор человек должен делать осознанно, понимать, что он оценивает, каковы критерии. Когда я с телевизора слышу: «Мы живем в свободной демократической стране», мне становится как-то не по себе. Нравственность отсутствует. Никто не спорит уже. Философы говорят, что страна, потерявшая стыд, обречена.

Аудио-эпилог интервью

 

Высказаться 

Перейти в раздел "Уважаемые петербуржцы"

Обсудить в группе Кинсмарк в Контакте.ru  http://vkontakte.ru/club4517143

 

 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
 
Главная страница Написать письмо Поиск
 


© Е.Г. Маркушина, 2001