Rambler's Top100
Просмотреть марку >>
О нас
Учителя и авторитеты
Они просто сделали это
Статьи по разделам
Приятное с полезным
События. Фотоальбом.
Книги и полезные ссылки
Гостевая книга
Обратная связь
Партнеры журнала
Карта сайта
Поиск

TOP



Джордж Прайс

История о том, как уравнение альтруизма стоило Джорджу Прайсу жизни


Michael Regnier, Independed,12 September 2016 Опубликовано у нас 19.12.2016.

Cправка: George R. Price (October 6, 1922 – January 6, 1975).

Лора впервые узнала о Джордже из «Ридерз дайджест» — самого популярного литературного журнала, ежемесячно затягивающего американскую богему в жадное и ненасытное чтение желтых страниц. Всего пара колонок текста, представляющая собой самую короткую версию биографии, когда либо попадавшую в «Америку в кармане» [1], тотчас заинтриговала Лору. Вот, что зацепилось в ее уме: в 1960 году эксцентричный ученый Джордж Прайс открыл уравнение, объясняющее эволюцию альтруизма; это достижение повлияло на превращение неисправимого эгоиста, каковым был Джордж, в рьяного альтруиста; альтруизм лишил его всего, даже жизни.

Лора Фарнворт — директор театра; она заметила в этой истории сильный драматический потенциал. В ее разуме жизнь Джорджа Прайса обрела масштабы великой греческой трагедии: открытие уравнения альтруизма заставило ученого посмотреть на себя со стороны, ужаснуться от собственного эгоизма и круто изменить вектор своей жизни, направленный в сторону благородной бедности и жуткой смерти. Но пять лет, проведенных за подробным изучением биографии Прайса, открыли Лоре нечто более существенное, чем обычная история с ребяческой моралью.

Джордж Р. ПрайсРодившись в Нью Йорке в 1922 году, Джордж Прайс, казалось, был обречен на небывалый успех. В школе он был лучшим из лучших, особенно в математике; являлся членом шахматного клуба; учителя не уставали повторять, что brilliant[2] мозг этого мальчика создан для занятий математикой. Уже в столь раннем возрасте, не обнаружив весомых доказательств существования Бога, этот мальчик принял на себя роль рьяного атеиста.

Как бывает с каждым студентом, годы обучения Джорджа на химическом факультете пролетели со скоростью бесколесного поезда, о каких в те времена еще даже не задумывались. В звании доктора философии Прайс покинул университет и отправился работать в секретные лаборатории Манхэттенского проекта — туда, где под надзором странноватого Джулиуса Роберта Оппенгеймера блестящие умы восходящей звезды по имени Америка превратили открытие Альберта Эйнштейна в оружие массового уничтожения. Судьба уберегла юного ученого от участия в уничтожении Хиросимы — тут его совесть чиста как лед, добываемый из многокилометровых глубин посредством колонкового бурения. Прайс работал над созданием новых методов определения следов урана в человеческом организме.

Есть факты, указывающие на то, что Джордж не особо-то и был доволен своей работой. Об этом свидетельствуют его поиски новой работы, способной удовлетворить его превосходный разум. Известно также то, что не все его великие идеи переплетались с наукой: он часто ввязывался в политические интриги, отправлял в сенат США предложения по установлению мира на Земле, волновался за ухудшающееся состояние природы и прочее. Джорджу Прайсу казалось, что его идеи игнорируют, и не мог найти причину этого, столь печального для него, факта.

Манхэттенский проект подарил Прайсу женщину, которая вскоре стала его женой — Джулию. Несмотря на то, что Джулия тоже была ученым, она составляла полную духовную противоположность Джорджа: все ее существо было пропитано благочестивой верой в Бога и Римско-католическую церковь. Трудно представить, сколько пришлось опираться Джорджу вере в нечто иное, кроме себя, и за все время семейной жизни так и не склонить колени перед досками, накрест прибитыми друг к другу. Выполнив семейный долг, — подарив жизнь девочкам Аннамари и Катлен, — после восьми лет совместной жизни супружеская пара разорвала брачные узы.

Будучи сытым по горло нудной работой и глухой к его великим идеям Америкой, Джордж Прайс в одно мгновение распрощался со всем, что его держало в «городе желтого дьявола», и пересек Атлантику с целью заниматься в Лондоне настоящей наукой. Ему понадобился всего один год, чтобы прославиться на весь мир.

Прайс предоставил своему блестящему разуму такую задачу: почему люди образуют семьи? Эта первичная задача привела к другой, куда более интересной: каким образом эволюционирует альтруизм? Мозг Джорджа поработал и выдал ответ, который ныне именуют уравнением Прайса. Вот, как оно выглядит:

wΔz=cov(wi,zi)

Что это означает? Данное уравнение отображает сущность эволюции как причины естественного отбора. Только представьте, какой огромный смысл заложен в такой короткой и удивительно простой формуле! С помощью нее можно объяснить многое, количество разветвлений ограничивается только фантазией. Также, как и было задумано в самом начале, формула дает ответ на первичный вопрос — она описывает причины, по которым люди стремятся создавать семьи и продолжать свой род.

Для ассоциативного понимания закона Прайса его обычно преподносят в такой форме: любой вид, стремящийся к репликации (бактерии, животные, люди, роботы и т.д.), стремятся к приобретению некоторых характерных особенностей (z), способствующих увеличению выживаемости (w) в условиях жесткой конкуренции (а, соответственно, и увеличению популяции).

Сам Джордж Прайс был поражен элегантностью своего уравнения.

Сентябрь 1968-го года оказался знаменательным для Джорджа Прайса и всего человечества. Самоуверенный Джордж с неким чувством превосходства над другими учеными распахнул дверь Лаборатории Гальтона — родного дома науки о генетике, — что относится к Университетскому колледжу Лондона; его физиономия, относящаяся к редкой разновидности ученых-чудаков, немного напугала находившихся в холле; после испуга наступил же момент искреннего смеха: нарушитель спокойствия заявил, что вывел уравнение, способное объяснить эволюцию альтруизма. Но следует отметить, что по истечению примерно полутора часов Джордж Прайс уже обладал ключами от собственного офиса и статусом научного сотрудника Лаборатории Гальтона.

В лаборатории Прайс занимался оттачиванием своего уравнения. К этому периоду его научной деятельности, если верить показаниям сотрудников, приписываются первые признаки помутнения рассудка. Подобные психические расстройства вряд ли рассматриваются в медицинских учебных учреждениях...

Джордж Прайс неустанно занимался поиском бездомных, регулярно посещал притоны бродяг, расположенные в основном в Сохо-сквере или около железнодорожных станций Истон и Кингс-Кросс, и отдавал им все, что только мог: деньги — столько, сколько было в кармане, одежду — все, что было на себе. Если бездомным нужно было убежище, Джордж Прайс бессрочно предоставлял им свою квартиру.

Как и стоило ожидать, настал момент, когда у самого мецената не осталось ни гроша, ни уютной крыши над головой — прохожие, не знавшие великого ученого, принимали его за нищего; бродячие псы, усматривая в нем себе равного, ступали по его следам; научная карьера покатилась к чертовой матери...

По состоянию на 1974-й год у Прайса не осталось абсолютно ничего, даже былой страстной любви к науке и жизни. Шестой день января 1975-го года подарил лондонскому моргу новый, эксклюзивный экземпляр — тело выдающегося математика: недалеко от Истона, на полу грязного сквота [3], Джордж Прайс покончил жизнь самоубийством.

***

С первого приближения эта история кажется простой, даже немного банальной: ученый скучал о своей семье, не мог простить себе разрыва с женой и дочерьми, поэтому занимался изучением семейных отношений на уровне чисел. Альтруизм, которого он придерживался, был логическим продолжением его исследований. Суицид — результат помешательства на идее альтруизма и глубокая депрессия. Но Лора Фарнворт, изучившая жизнь Джорджа Прайса глубже, чем кто бы то ни было, утверждает противоположное: его смерть имеет совершенно иную подоплеку.

Для уяснения взаимосвязей, имевших место в жизни Джорджа, Лора использовала различные источники. Наиболее важными, отмечает она, послужили письма, хранящиеся в архиве Британской библиотеки, и различные версии биографий (включая ту, с которой началось ее знакомство с Прайсом — в журнале «Ридерз дайджест»).

Лора обнаружила множество неуловимых на первый взгляд фактов; это кардинально изменило представления о жизни Джорджа Прайса. Основные ее открытия относятся к семейной жизни ученого. Лора показала, что Джордж никогда не считал, что покинул дочерей на произвол судьбы, а, соответственно, и не страдал по этому поводу от угрызений совести. Эти доказательства свели на нет количество дилетантов, бравшихся трактовать жизнь Прайса.

Семейные факты предоставила сама Катлен, младшая дочь Джорджа. По ее словам, женская половина семьи Прайсов считала нормальным по меркам 1950-х семейный развод. Более того, Джордж не оставил своих семейных обязанностей: это проявлялось в финансовой поддержке жены и детей и частых совместных походах в общественные заведения (к таковым в первую очередь относятся театры, музеи и концертные залы). В памяти Катлен, любимицы Джорджа, на всю жизнь остались воспоминания о Нью-Йоркских прогулках с отцом, о его любви к поэзии (особенно Уильяма Шекспира), о его интеллектуальной ненасытности и еле заметной асоциальности.

В 1966-м году, спустя некоторое время после коллапса семейной жизни, Джордж Прайс нуждался в серьезной операции по удалению злокачественной опухоли, уже несколько лет скрывавшейся в щитовидной железе. Так сложились обстоятельства, что он обратился к своему давнему другу, практиковавшему операции такого рода. Удаление опухоли избавило его от возможной мучительной смерти, вызываемой онкологическими недугами, но повлекло за собой тяжкие последствия, которые заставили пожалеть о выборе хирурга. Во время операции был поврежден нерв, из-за чего правая рука и правая половина лица были частично парализованы.

Для компенсации гормонов, которые выделяются щитовидной железой, Джордж принимал аптечный тироксин. Попытки от него отказаться приводили к неприятным последствиям...

Хотя в хирургической неудаче можно усмотреть и положительную сторону. Джордж Прайс получил солидную выплату по медицинской страховке, которая и послужила очередным поводом для переезда в Лондон. Миграция не повлияла на отношения отца с Аннамари и Катлен, которым к тому моменту уже было 19 и 18 лет соответственно — до конца жизни Джорджа они продолжали интенсивную переписку.

Привкус смерти изменяет людям жизнь. Кто-то берется сочинять божественной красоты музыку, кто-то решается писать литературные шедевры... Для Лэнса Армстронга, известного на весь мир велогонщика, рак послужил поводом стать семикратным чемпионом Тур де Франс (ко всеобщему сожалению — с помощью допинга). Для чудаковатого Нью-Йоркского ученого рак же стал поводом для великого научного открытия.

Лора Фарнворт утверждает, что выбранная Прайсом тема не имеет никакого отношения к семейному разрыву. Дело в том, что на тот момент эволюция человечества (и эволюция альтруизма в частности) была крупнейшей научной загадкой, на которой строились те жаркие дискуссии, так бодрившие молодых и старых ученых того времени. Это, похоже, и послужило Джорджу стимулом к открытию уравнения альтруизма, ведь оно должно было подарить ему славу и признание, чего он так жаждал.

У каждого альтруиста свои мотивы. Если копнуть поглубже, можно обнаружить в альтруизме некую эгоистическую подоплеку. Но даже если таковая и присутствует, то что в этом плохого? Она не лишает акт альтруизма величественности. Более того, со стороны кажется очень подозрительным тот факт, когда альтруист интересы нуждающегося ставит превыше своих.

Чарлз Дарвин не усмотрел в этом проблемы. В конце концов, у людей есть культура и религия, кодекс чести и моральные устои... Но альтруизм — не прерогатива человеческого рода. Альтруизм присутствует везде! Подумайте о птицах, которые заботятся о чужих птенцах; о вампировых летучих мышах, которые делятся кровью с особями, потерпевшими неудачу на охоте; обезьянах, предупреждающих друг друга о приближении хищника и т.д.

Первыми против теории Дарвина выступили муравьи. Остановимся на этом подробнее.

Естественный отбор часто описывают фразой «выживает сильнейший». В данном случае «сильнейший» — это тот, кто превосходит других в репликации (т.е. размножении). Если одна особь владеет некоторой чертой, предоставляющей ей превосходство перед другими особями, она стремится передать ее своим потомкам; впоследствии эта черта распространяется по всему поколению. Суть этой идеи такова: особи конкурируют за право быть сильнейшим, а сила эта проявляется во всем, что способствует лучшей репликации.

Чарлз Дарвин обнаружил, что муравьи и некоторые другие социальные насекомые не играют в эту игру. Это в частности проявляется в том, что рабочие муравьи, например, стерильны — они не способны давать потомство. Они жертвуют собой ради муравьиной матки и ее самцов, способных производить себе подобных. Таким видам теория Дарвина приписывает верную смерть, хотя муравьи топчут Землю уже более 140-ка миллионов лет.

Дарвин предположил, что конкуренция между членами муравьиной семьи исправила бы это неравноправие. Почему же этого не происходит? Попытки Чарлза Дарвина объяснить эволюцию социальных насекомых увенчались неудачей.

Должно быть, в далеком прошлом первый альтруист среди муравьев обладал столь большим количеством недостатков по сравнению со своими конкурентами, что это не позволило ему продолжать свой вид. Нечто подобное можно применить и в отношении к людям: естественный отбор работает против альтруистичных особей, отбирая у них возможность к передаче альтруизма потомкам.

Такие рассуждения приводят к парадоксу: эволюция альтруизма невозможна, и все же мы ее наблюдаем! Если биологам не удастся разрешить этот парадокс, означает ли это, что от подобной идеи следует отказаться?

К счастью нашелся человек, разрешивший этот парадокс. Я намекаю на Уильяма Гамильтона и его открытие, датируемое 1964-м годом. Он предположил, что альтруизм эволюционирует в рамках семейных групп и направлен на заботу о родственниках, а не о всех особях своего вида. Это объясняется тем, что особи, находящиеся в родственной связи, обладают идентичными по происхождению генами.

Человеческий альтруизм часто показывают на примере тонущего в озере человека. Рискнули бы вы своей жизнью, чтобы спасти несчастного? Если да, что Ваш акт следует именовать альтруизмом.

Идея Гамильтона, известная как «кин-отбор» (т.е. отбор, происходящий в пределах семьи), построена на сравнении двух людей: того, кто бросится спасать тонущего, и того, кто сделает вид, что ничего страшного не происходит. Гамильтон утверждает, что первый из этих двух очень рискует, если до этого момента он не передал своему потомку альтруизм, склонность к которому закодирована в генетическом материале. Но если перекрутить ситуацию и предположить, что альтруист спасает своего родственника, также обладающего склонностью к альтруизму, то этот риск становится оправданным. Рассуждения такого рода и приводят к разрешению парадокса.

Когда Джордж Прайс случайно наткнулся на работу Гамильтона (а это случилось в 1968 году в одной из лондонских библиотек), он был шокирован. Его ум неведомой силой был принужден к решению загадок, предлагаемых в работах Уильяма. Ему вдруг захотелось опровергнуть теорию кин-отбора. Но как показывает история, он был обречен ее доказать; был обречен показать всему миру, что альтруизм имеет эгоистическую подоплеку.

***

Лора Фарнворт мечтала стать танцовщицей. Когда сколиоз сломал ее мечты о большом балете, она обратилась к театральному искусству. Но, как и в случае с Джорджем Прайсом, ее театральные амбиции также были оставлены в прошлом — по причине слабого здоровья. Если Вам интересно, Лора страдала язвенным колитом, благодаря которому у нее появилась возможность проявить себя в роли директора театра.

В 2011 году ее желание написать пьесу о Прайсе приобрело необъятный масштаб. Она не хотела написать тривиальную пьеску об известном ученом, ход которой был бы очевиден. Она жаждала отдать должное Прайсу — человеку, изменившему мир — в самой изящной форме театрального искусства: узнать все о его жизни и воссоздать ее на сцене в мельчайших подробностях, зрителю доселе неведомых.

Лора Фарнворт столкнулась с проблемой понимания уравнения альтруизма. «Это похоже на жонглирование тремя шариками, — писала она. — Я хорошо справляюсь с двумя, но когда появляется третий — все валится из рук... Мне удалось понять две части уравнения; когда же я силюсь включить в картину третью часть, все рушится».

Работая в Лаборатории Гальтона, Джордж Прайс усовершенствовал уравнение. Оно приняло такой вид:

wΔz=cov(wi,zi)+E(wi,Δzi).

Дополнение E(wi,Δzi) отвечает за характерные черты особи, способствующие выживанию, и их передачу от поколения к поколению. Благодаря столь простому дополнению этот закон приобретает более глубокий смысл, чем просто «выживает сильнейший» Чарлза Дарвина. Тут можно усмотреть приближение к идеям Уильяма Дональда Гамильтона — его кин-отбору, который объясняет эволюцию альтруизма. Усовершенствованный закон Джорджа также оставляет место и групповому отбору.

Вот, что подразумевает Джордж Прайс в этом уравнении: естественный отбор имеет место на всех уровнях эволюционной цепочки. Не в силах удержаться, он тут же написал Уильяму Гамильтону о своем открытии.

Лора Фарнворт, подробно изучив переписку Гамильтона и Прайса, затрудняется сказать, в какой именно момент между ними завязалась дружба; но сам факт дружбы не заметить тяжело, пусть и некоторые историки науки отчаянно его отрицают. Первым написал Джордж — это произошло почти сразу после того, как к нему в руки попали публикации по кин-отбору. Уильям, несмотря на желание собеседника начать жаркий спор, дал на письмо вежливый ответ. Их общение продлилось недолго: Уильям отправился в Бразилию, что спровоцировало заморозку переписки где-то на год.

Все это время Джордж Прайс пытался найти применение теории игр к биологии. (Важно заметить, что попытки такого рода и привели к становлению эволюционной биологии как таковой.) Предпринимал попытки математического обоснования кин-отбора; по его словам, это должно было «придать идее Гамильтона прозрачности».

Как только Уильям вернулся в Лондон, Джордж отправил ему первую версию своего уравнения — ту, в которой еще отсутствовала та третья часть, нарушавшая картину Лоры.

На первый взгляд может показаться, что современные ученые смеются над уравнением альтруизма. Юмористы сравнивают Джорджа Прайса с футболистом, у которого спрашивают, как его команда планирует победить соперников, и который отвечает, что они просто забьют побольше голов; на более подробное объяснение игрок не способен. Попробую объяснить Вам эту нелепую шутку. Критики утверждают, что эволюция, которую Прайс выразил уравнением — очевидность, т.е. ничего нового он не открыл; уравнение не обладает той сутью, которую пытался вложить в него автор — оно не объясняет, почему те или иные характерные черты особи должны способствовать выживанию. Их словами, уравнение альтруизма — пустопорожняя дребедень.

Пытаясь разрушить эти мифы, Лора Фарнворт принялась опрашивать эволюционных биологов насчет уравнения альтруизма. Один сказал, что оно слишком простое, чтобы была необходимость кому-то его объяснять. Другой вскочил с кресла и принялся царапать на доске всякие диаграммы и формулы, пытаясь доказать Лоре его нелепость. Третий ответил, что «его никто по-настоящему не понимает, ведь оно противоречит самому себе».

Последователи Джорджа утверждают, что для биологов его уравнение играет не менее важную роль, чем для физиков формула E=mc². Уравнение Прайса является фундаментальным для эволюционной биологии; оно позволяет прояснить тончайшие аспекты эволюционного процесса, отсеять ложные предположения и построить сложнейшие математические модели, объясняющие развитие жизни на Земле.

Уильям Гамильтон, распечатав конверт, был в восторге от творения своего друга...

«Мое уравнение — это новый и немного необычный формализм, применимый к каждому виду естественного отбора», — написал Джордж Прайс о своем уравнении в письме, отправленному Уильяму Гамильтону. Такое ограниченное представление Прайса о его собственном открытии спровоцировано тем, что он не был биологом и не понимал всех его масштабов. Удивительно то, что открытие Джорджа основано не на достижениях его предшественников, а на его собственных убеждениях и представлениях об эволюции.

«Работая над проблемами эволюционной биологии, — отзывался о достижениях Прайса Гамильтон, — он обнаружил себя на новом научном пути: среди невиданных ранее пейзажей, среди гениальных закономерностей — прекрасных, как музыка».

В июне 1970 года, спустя несколько месяцев после того, как уравнение альтруизма очаровало Уильяма Гамильтона, Джордж Прайс отдал себя во власть Бога. (Из-за этого его дружба с Уильямом начала трещать по швам: Прайс всячески избегал своего друга и отказывался рассказывать ему о своих новых пристрастиях. Уильям заподозрил что-то неладное.)

Находясь в состоянии глубокой депрессии — вероятно потому, что именно на его долю выпало доказать эгоистические основы альтруизма, — он позволил своему разуму прогнуться под действием своих ночных кошмаров и остаточно потерять здравый смысл.

жордж стал прихожанином ближайшей к нему церкви — «All Souls», или «Всех святых», — что на Риджент-стрит. Там он научился молиться и в каждую свободную минуту отдавал себя в руки Иисуса. Теперь его ум работал не на благо науки, а на благо Библии. Он умудрился найти доказательство того, что Пасхальная неделя должна длиться не 8, а 12 дней. Как же это типично для Джорджа Прайса: основываясь на собственных принципах, он стремился найти его собственную веру, создать для себя собственный мир.

Следующий переломный момент приписывается окончанию 1972 года. Джордж пришел к заключению, что в этом мире можно полагаться только на Иисуса. Похоже, к этому привели такие события: он прекратил принимать тироксин; деньги, полученные по медицинской страховке, были исчерпаны; Иисус не отвечал на его молитвы. «Если Иисус хочет, чтоб я жил, он найдет способ меня спасти», — подумал про себя Прайс и пустил свое истощенное тело и никчемное существование по течению.

Рождество выдалось не очень веселым — Джорджа обнаружил его сосед в предсмертном состоянии и немедленно вызвал скорую помощь. Врачи спасли его жизнь; они поняли, что сделали это зря, ведь пациент хотел отдать свою душу в руки Господа. Окончательно придя в себя, Прайс понял, что это Иисус спас ему жизнь. Через некоторое время Джордж позвонил Уильяму и сообщил, что у него было видение: «Он хочет, чтоб я изменил свою жизнь. Он хочет, чтоб я дал нуждающемуся все, что ему нужно».

Друзья предпринимали попытки отговорить его от этой безумной затеи. Даже священник из церкви «Всех святых» сказал ему, что это безумие — гробить свою жизнь ради тех, кто бросил себя на произвол судьбы. Но это были тщетные попытки. Джордж отдавал беднякам все, что у него было. Он готов был даже снять алюминиевый крестик, висевший на его шее, и вручить тому, кто в нем нуждался. Альтруизм стал тяжбой былого эгоиста.

***

Лора Фарнворт обратилась за помощью к Изабель Валли из Института психиатрии Королевского колледжа Лондона. Она попросила Изабель провести анализ писем Джорджа Прайса и определить его психическое состояние в период преклонения сыну божьему. Скрупулезный анализ, который мог быть выполнен только мастером своего дела, предоставил основания для того, что Джордж страдал сильным психическим расстройством. Изабель Валли заключила, что его мышление постоянно подвергалось изменениям: линейное постепенно трансформировалось в циклическое, далее — в тангенциальное, спиральное... Короче говоря, всему этому было логическое объяснение. Давайте просто примем этот факт и не будем углубляться в премудрости психиатрии — оставим это психиатрам.

Таким образом, стало очевидно, что разум Джорджа Прайса был подвержен паранойе и галлюцинациям. Новостью это назвать нельзя: Джордж прекратил принимать таблетки, поэтому недостаток тиреоидных гормонов и должен был стать толчком к тому, что произошло с его рассудком.

Изабель Валли говорит, что это естественно: человек, страдающий галлюцинациями, пытается связать их с важными вещами из жизни. Для Джорджа Прайса этими вещами были альтруизм и религия. (А также женщины. За время пребывания в Лондоне он сделал предложение нескольким женщинам, включая бывшую жену. В ответ не прозвучало ни одного «да».)

Неправильно утверждать, что основным симптомом его психического расстройства был альтруизм. Также неправильно утверждать, что к этому расстройству привело уравнение альтруизма. Болезнь следует рассматривать как самостоятельную часть его жизни, подвергшейся сокрушительным ударам.

Сам Джордж считал, что он был выбран Богом для того, чтобы открыть уравнение альтруизма и объяснить этим его эгоистические основы. Он гордился этим и сообщал о своем божественном статусе каждому, кто пересекал его дорогу. Иногда даже и тем, кто ее не пересекал: однажды, бегая коридорами Университетского колледжа Лондона, кричал во всю глотку, что у него есть «горячая линия к Иисусу».

Как видите, его жизнь изменилась в одно мгновение: эгоист стал альтруистом, здравомыслящий — сумасшедшим, гениальный — бездарем.

***

О нет, еще не конец истории, рассказываемой мною на грустной ноте. Лора Фарнворт отмечает тот факт, что в жизни Джорджа Прайса произошел еще один — по счету третий — переломный момент. Это случилось незадолго до его самоубийства. Джордж внезапно прекратил помогать нуждавшимся. Это объясняется тем, что ему просто-напросто больше не было, чем им помогать! На этом этапе он решил, что пришло время оказать помощь самому близкому для него человеку — самому себе. «Если я сейчас не помогу себе, то не смогу больше помогать другим», — заключил он.

оверьте на слово, что восстановить жизнь с самого нуля, а то и с отрицательного значения жизненного показателя — дело замысловатое. Первое, что сделал Прайс — так это нашел себе работу. Вам легко представить величайшего ученого, изменившего взгляд на мир и предопределившего ход Вашей и моей жизни, моющим полы во второсортном банке? Если Вы хотите знать, каким был Джордж в тот период своей жизни, Вам следует заставить себя воспроизвести в голове подобную картину, ибо автор уравнения альтруизма устроился уборщиком в местный банк.

Также он назначил сеанс с психиатром. Но не дожил до него...

Джордж Прайс был похоронен на кладбище Сент-Панкраса, что на несколько миль севернее центра Лондона — без указания имени и даты смерти. На похоронах присутствовал Уильям Дональд Гамильтон и несколько бродяг, которым помог Джордж. После Уильям отправился в сквот Джорджа с целью забрать его записи, которые могут иметь научную ценность.

«Несмотря на то, что сквот решили снести, в нем все еще было электричество. В помещении хозяйничал холод; думаю, он был тут главным еще при жизни Джорджа, — писал Гамильтон в своих мемуарах. — Я сложил бумаги с какими-то расчетами в свой чемодан и продолжал топтаться по скрипучему полу в поисках других посланий главного альтруиста нашего времени, но ничего больше не нашел. На полу пестрела красным высохшая кровь. Каким же аккуратным человеком был Джордж, подумал я, что решил покончить с собой не в постели, испачкав ее кровью, а тут, на полу...»

«Отголоски его присутствия в этом мире, его участия в моей жизни преследуют меня как призрак: в моих научных работах прослеживаются Прайсовские идеи; я часто и невольно думаю о нем, и у меня тут же портится настроение, хотя, теоретически, должно улучшаться — он прожил прекрасную жизнь...»

9 марта 2016 года была открыта продажа билетов на пьесу Лоры Фарнворт «Calculating Kindness», что ставится в театре «Camden People's Theatre» [4]. Это место расположено недалеко оттуда, где жил, работал и умер автор уравнения альтруизма. (В его времена там располагался паб «Лорд Пальмерстон».)

Лора развеяла некоторые мифы о Джордже Прайсе. Во-первых слух о том, что он бросил свою семью и не оказывал ей помощи. Во-вторых то, что его уравнение альтруизма объясняет не строго эволюцию альтруизма — его применение намного более масштабно. В-третьих, миф о том, что Джордж покончил с жизнью из-за своего уравнения.

У Лоры было несколько вариантов. Первый состоял в том, чтобы написать тривиальную историю о жизни великого ученого — суть драму. Второй — в том, чтобы воссоздать неповторимую трагедию его жизни, отобразить ее во всей своей сложности. Конечно же, она выбрала второй вариант.

В театральной постановке она отобразила перемены, происходившие в его разуме, и преподнесла зрителям возможность делать собственные выводы о главном альтруисте. Пьеса не предлагает аудитории конкретные ответы, она никого не учит жизни, эгоистичности или альтруистичности. Как и уравнение Прайса, она объясняет то, что случилось, а не то, чему случиться суждено.

Дочери Джорджа Прайса, Аннамари и Катлен, также присутствовали в зрительном зале. Их пригласила Лора Фарнворт. Для актеров это было самым настоящим испытанием — изобразить на сцене жизнь человека, который приходился двум зрителям отцом. Катлен после представления сказала, что на сцене был ее настоящий отец — в комплекте со всеми своими странностями и непрестанным потоком идей.

Аннамари и Катлен установили отцу памятник. Под его именем выгравирована надпись: «Father. Altruist. Friend.» [5]; а еще ниже — великое уравнение альтруизма.


Примечания

[1] «Америкой в кармане» американцы называют журнал «Ридерз Дайджест». Все дело в его маленьком формате, благодаря которому журнал и вправду можно запрятать в кармане.

[2] Brilliant (с англ.) — блестящий.

[3] Сквот — помещение, нелегально занятое людьми. В основном сквотами называют помещения, в которых собираются творческие люди. Но в сквотах обитают также и бродяги.

[4] «Calculating Kindness», пожалуй, можно перевести как «Вычисление доброты», или же «Расчет доброты». А «Camden People's Theatre» на русском, думаю, должно звучать примерно как «Камденский театр». (Камден — это лондонский район.)

[5] Надпись «Father. Altruist. Friend.» переводится так: «Отец. Альтруист. Друг.».


Источник перевода

Что ещё почитать менеджеру

Написать в редакцию 

Перейти на сайт Гильдии Лидеров Перемен

 

 
 
Главная страница Написать письмо Поиск
 


© Е.Г. Маркушина, 2001